Ливы

Материал из Викизнание
Перейти к: навигация, поиск
Реклама на Викизнании


Испытание ливами монаха Теодориха белым конём, 1186 год. Рисунок Фридриха–Людвига фон Майделя (1795–1846).
Испытание Теодориха — картина А. Бауманиса «Конь судьбы» (1887). - Ливы из Торейды, решили принести его в жертву своим богам, потому что жатва у него была обильнее, а на их полях погибла затопленная дождями. Собрался народ, решили узнать гаданием волю богов о жертвоприношении. Кладут копье, конь ступает и волею божьей ставит раньше ногу, почитаемую ногой жизни; брат устами читает молитвы, руками благословляет. Кудесник говорит, что на спине коня сидит христианский бог и направляет ногу коня, а потому нужно обтереть спину коня, чтобы сбросить бога. Когда это было сделано, а конь опять, как и в первый раз, ступил раньше ногою жизни, брату Теодориху жизнь сохранили
Крещение ливов

Ливы (этнография; нем. Liewen; латышск. либеши, от либетис, лив; старорусск. либь; латинск. Livones, Livii, Livenses) - небольшая отрасль угорского племени, живущая на северном прибрежье Курляндии и в Ней-Салисе в Лифляндии. Отделенные широкою лесной и болотистой полосой земли от латышей, ливы занимают узкий и песчаный берег на протяжении 68 вёрст, по обе стороны мыса Домеснеса, на западном конце резко обособляясь от латышей, на востоке и юго-востоке живя с ними вперемежку. Всех ливских деревень 14, крестьянских дворов 136. В 1852 г. ливов было 2324, в 1881 - 3562 (1188 мжч., 2374 жнщ). В 1858 г. лифляндская группа ливов в Ней-Салисе состояла из 5 мжч. и 3 жнщ.; она существует и до сих пор. По Э. Сетеле, в 1858 г. было 2939 ливов курляндских. Курляндские ливы называют себя береговыми жителями, randalist, в отличие от латышей внутри края, которых называют рыбаками, kalamied. Около Вендена сохранилось воспоминание об имени ливов в названии некоторых урочищ. Названия чисто ливских деревень - ясно угорского характера. У Генриха Латыша встречаются Livones Lenevardenses и Veinalenses. В XVII веке Эйнгорн в "Historia Lettica" упоминает о ливах как народе не эстонском, говорящем на особом языке и известном своими волшебствами и суевериями. Язык, прежние судьбы и нынешнее состояние ливов обращали на себя внимание многих исследователей. Научным исследованием ливского языка занимались академики Шегрен и Видеман. Первый путешествовал среди ливов в 1846 и 1852 гг., второй провел у них лето 1855 г. Видеманом в 1861 г. изданы были, уже после смерти Шегрена, результаты его этюдов, во II т. "Ges. Werke Johann Andreas Sj ögrens: Liv. Grammatik, nebst Sprachprob en" и по-русски в 18 т. "Зап. Имп. Академии Наук" под заглавием: "Обзор прежней судьбы и нынешнего состояния Л." (СПб., 1870). Шегрен сообщил предварительные результаты своих экскурсий географическому обществу и академии наук в "Rapport sur son voyage en Livonie e t en Courlande" (1852). В новейшее время ливским языком интересовался профессор Эмиль Сетеле из Гельсингфорса, объезжавший ливские местности в 1888 г. вместе с Вэйко Воллин и В. Томсеном. Ливский язык хотя близок по звукам и формам к эстонскому, но, по Видеману, подходит в других чертах скорее к финно-лапландскому и карельскому. Выдающейся его особенностью считается различная долгота его гласных и богатство перезвуковок (Umlaut) в формах склонения и спряжения. В 1867 г. финский ученый Коскинен ("Sur l'antiquit é des Li ves en Livonie", в "Acta Soc. Scient. Fennicae", т. VIII) подробнее доказал близкое родство ливов с карелами и высказал мнение о вторжении ливов в землю латышей и вендов морским путем, не ранее VIII или IX вв. В 1892 г. Биленштейму удалось развить мысль Коскинена на основании историко-этнологических и географических разысканий. Антропологические исследования Ферд. Вальдгауера ("Zur Antropologie der Liven", Дерпт. 1879) подтверждают теорию Коскинена. По его выводам как ливы, так и карелы высокого роста, без всякой наклонности к тучности. У обоих племен волоса каштанового цвета; цвет глаз у обоих серый (у карелов с переливом в голубой, у ливов - в карий), лицо продолговато-узкое, череп брахикефальный, скулы и лоб сравнительно узки. Борода у ливов лучше растет, чем у карел; русые волоса у ливов редкость и встречаются только у детей. Борода каштанового или темно-каштанового цвета. Растительность волос на теле сравнительно сильно развита. Гильнер, поместивший в 1846 г. в "Bulletin hist.-phil." акд. наук сочин. "Die Liven der Nord kü ste von Kurland", уподобляет характер их эстонскому. С малых лет привыкшие к морю и его опасностям ливы - смелые и энергичные мореходцы, отличающиеся большим духом предприимчивости и большей солидарностью, чем латыши. Так как ливы живут на прибрежной полосе, большею частью покрытой зыбучим песком, то земледелие у них и невыгодно, и гораздо труднее, чем внутри края. Поля устроены между песчаными холмами, очень невелики, удобряются морскою травой, засеваются яровым хлебом и защищаются изгородями. Рыба составляет главный предмет продовольствия и важный предмет торговли; особенно известна дондангенская копченая и вяленая камбала. Все, что нужно сверх добытого собственным трудами, ливы получают с острова Эзеля. Пчеловодство, некогда сильно развитое, незначительно. Жилища ливов в отличие от однодворчества латышей составляют частью довольно большие, частью малые деревни, дома теперь мало отличаются от латышских; между пристройками оригинальные береговые шалаши для хранения сетей. Одежда мужчин - короткий кафтан или матросская куртка с блестящими пуговицами. Женщины на голове носят белый платок или белый чепчик, в западных местностях - с широкою, красною лентою. Календарно-бытовые праздники празднуются как у латышей. В свадебных, родинных, похоронных обрядах также заметны черты, одинаковые с латышскими. Экономический быт ливов, в 1860 г. значительно стесненный тяжелыми арендными условиями, ныне переменился к лучшему. О современных ливах писал В. Воллин по-фински: "Luven kansa. Ливы народ, его прошедшее и современность" (1891); его же статья в "Suomi" (III сер., т. 7, 1893) о постройках. О ливах, их фольклоре и языке Сетеле докладывал венгерской академик наук: "А liv n ép é s nyeloe" (см. журнал "Szemle-Budapest", 1889). Кроме образцов языка, им собрано до 100 сказок, 250 пословиц и загадок, описания обрядов и до 30 песен. О древней истории ливов толкует А. Снельман в своей истории восточно-морских финнов в период самостоятельности.

Молодой ливский воин, худ. А.Бауманис
Э. Вольтер.
Одежда ливской женщины, рекострукция.

История. Древнейшее упоминание о ливах принадлежит нашему начальному летописцу, называющему их и "либь", и "ливь". Более подробные данные сообщаются Генрихом Латышем. По его словам, ливы платили дань полочанам в XII веке, но с конца этого века они начинают подпадать влиянию немцев, а в 1205 г. значительная их часть вынуждена креститься. Борьба из-за религии тянется еще несколько лет; ливам удавалось привлечь на свою сторону и латгалов, и полоцких князей; после поражения они обыкновенно давали обещание выплачивать дань, но по уходе немцев снова брались за оружие. В 20-х гг. XIII столетия ливы составляют уже вспомогательное войско немцев и ходят с ними против эстов, латгалов и русских. После 1226 г., когда прекращаются сведения у Генриха Латыша, встречается несколько упоминаний о ливах в Рифмованной Летописи. Начиная с конца XIII века о ливах имеются лишь весьма скудные и случайные указания. О степени распространения ливов имеются следующие данные: немцы застали их на Двине; под 1264 г. Рифмованная Летопись упоминает о ливах в Митаве; в грамотах говорится о ливах, живших в 1289 г. в Долене, 1322 г. - в Зегевольде, 1349 г. - в Кирхгольме, 1359 г. - опять в Долене; по словам Гильбера де-Ланноа, они жили по дороге из Либавы в Ригу; между 1670-1676 г., по Гиерну, - на Салисском берегу до Лемзаля; по Шлецеру и Дитмару - в Ней-Салисе и Альт-Салисе. Затем в этих местностях ливский язык исчезает с замечательной быстротой. О других, курляндских, ливах сведений еще меньше. По грамотам 1264 г. они жили при Дурбенском озере, в 1296 г. - по обе стороны Ирувы (лив. Īra).; около 1650 г. Эйнгорн упоминает их только "на Ангернском берегу"; по Шлецеру (XVIII в.) они жили от реки Рое до виндавской границы. О быте древних ливов мало известно; по мнению исследователей, основанному на аналогии с устройством эстов и куров, Ливы жили под властью нескольких старшин; каждый старшина ведал свой округ, был предводителем на войне и судьей. Должность эта переходила от отца к сыну. Большую роль играла аристократия, из семей которой брались обыкновенно заложники. Дань немцам состояла сначала из известного количества хлеба с каждой сохи, а потом из десятины, которая, впрочем, менялась вследствие восстаний; были еще и чрезвычайные налоги. С половины XIII в. немцы дали ливам своих судей и заставили отрабатывать барщину; право личной свободы и собственности на земли предков ливы сохраняли, однако, довольно долго. Характер древних ливов, по общим сказаниям, был жестокий и вероломный. Их оружие состояло из меча, копья, дротика и щита; сражались пешком и верхом. В мирное время занимались земледелием, рыболовством, охотой, скотоводством и пчеловодством, а после прибытия немцев - и торговлей. Монетою очень долго были озеринги (по два на марку), а затем - марки.

Оружие и одежда ливского мужчины, реконструкция
В. Рудаков.

См. Кюно, Гутманова пещера, Седлец, Ливо-иоки, Беседа Донская.

Статью можно улучшить?
✍ Редактировать 💸 Спонсировать 🔔 Подписаться на обновления 📩 Переслать ссылку 💬 Обсудить тут
Позвать друзей 

Только ваши пожертвования и спонсорская поддержка позволяют Викизнанию жить и развиваться!